Думаю, самый простой ответ — это то, что вы видели, как игровой движок Unreal Engine проник в мир визуальных эффектов. Раньше существовало разделение: Unreal Engine отлично подходил для видеоигр, но потом люди начали думать, что, возможно, Unreal Engine можно использовать и для создания визуальных эффектов в кино. Таким образом, мы видим, как игровая эстетика проникает в мир кинематографа.
Я думаю, что появление Unreal Engine и замена Maya в качестве основополагающего движка — это самый большой шаг назад.
Он [Unreal Engine] работает в фильмах Marvel, где вы понимаете, что находитесь в преувеличенной, нереалистичной реальности. Я думаю, что он не работает со строго фотореалистичной точки зрения.
Я просто не думаю, что он воспринимает свет так же, как другие движки; я не думаю, что он принципиально реагирует на подповерхностное рассеивание и на то, как свет падает на кожу и отражается. Вот так и возникает эффект «зловещей долины» в анимации существ: большая часть промежуточных кадров делается для скорости, а не вручную.
